Просмотров: 112

Становление новой казахстанской государственности

Явление социальной нестабильности особенно характерно для государств третьего мира, или развивающихся стран. Если кто-то не совсем знаком с этой политологической терминологией, то можно пояснить, что геополитическая карта мира, как в зеркале, отражала реальный процесс идеологического противостояния двух социальных систем. Наряду с хорошо знакомой всем нам социалистической системой выделялась группа индустриально развитых капиталистических стран, к которым относились Соединенные Штаты, Канада, Австралия, Новая Зеландия, Япония и большинство государств Западной Европы, то есть всего 19 стран. Третью, совсем небольшую группу государств — экспортеров нефти образуют богатые страны типа Саудовской Аравии и Кувейта, где благодаря нефтяному экспорту достигается внушительный уровень ВНП (валового национального продукта) надушу населения, сопоставимый с западным.

Наконец, большинство стран мира, около ста государств, рассматривались как слаборазвитые или экономически отсталые страны. Именно эту группу традиционно называли государствами третьего мира, или развивающимися странами. И здесь, надо смотреть правде в лицо, массовая нищета является обычным и широко распространенным явлением. Причем сами развивающиеся страны разделялись на две категории. В одну из них входили 58 стран со «средним доходом», то есть средним уровнем ВНП, в расчете на душу населения, порядка 1300 долл. в год, где этот обобщающий показатель варьируется от 450 до 7400 долл. в год. Что же касается другой категории с «низким доходом», от 120 до 450 долл.в год, то сюда относились 39 государств, среди которых мы видим Индию, Китай и страны Цен­тральной Африки.

После краха мировой социалистической системы и распада Советского Союза геополитическая карта планеты резко изменилась. Лишь соседний Китай и еще два-три государства в сегодняшнем мире сохраняют приверженность социалистическому пути развития. При­чем китайская модель социально-экономической модер­низации вопреки многочисленным прогнозам западных специалистов оказалась довольно стабильной. На развалинах же прежней мировой системы возникла новая и весьма неоднородная группа постсоциалистических стран, куда вошла независимая Республика Казахстан. Достаточно лишь бегло взглянуть на приведенные выше экономические показатели, чтобы осознать, где на сегодняшний день наше место. По своему экономичес­кому развитию и уровню жизни населения Казахстан сопоставим лишь с группой развивающихся стран.

Единственным утешением в нашем сегодняшнем поло­жении является то, что развивающиеся страны имеют очень различный потенциал и перспективы экономи­ческого роста. Так, группа так называемых новых индуст­риальных стран, куда, в первую очередь, относят Синга­пур, Тайвань и Южную Корею, за период с 60-х годов, в результате политики экономической модернизации более чем в 5 раз увеличила реальный ВНП на душу населения,

В противоположность этому в большой группе бед­нейших государств планеты уже два десятилетия происходят падение реального ВНП на душу населения и разрастание массовой нищеты. В какую из этих групп развивающихся стран попадет наш Казахстан, зависит от точности сегодняшних политических и социально-экономических решений. А это, в свою очередь, опреде­ляется точностью информации о том социальном мире, где мы теперь оказались. Но об этом — чуть позже.

Как было уже замечено ранее, для развивающихся стран проблема социальной стабильности приобретает значительно большую остроту, чем для более благо­получных государств планеты. При этом в развивающихся странах, где исторически сложилось этническое, линг­вистическое и культурное единство нации, перспективы сохранения социальной стабильности значительно лучше. Дело в том, что в этих странах общенациональное единение достигается через обращение к традиционным религиозным ценностям и консолидирующей идее национального государства.

Сложнее там, где волей судьбы складываются полиэтнические, полилингвистические государственные образования, различные части населения которых имеют существенные различия в культуре, религиозных цен­ностях и образе жизни. Здесь положение правительств настолько сложное, что у них иногда возникает желание: вместо долгого и тщательного распутывания клубка возникающих противоречий, попробовать разрубить его одним махом, подтолкнув национальные меньшинства к выезду из страны. Увы, даже в некоторых постсоциалис­тических государствах, где идеи интернационализма были частью прежней идеологии, мы видим характерные примеры подобного рода, которые приобретают чаще всего обратный эффект бумеранга по отношению к искомой цели достижения социальной стабильности.

После исчезновения старой черно-белой геополи­тической картины мира мы начинаем видеть все богатство оттенков окружающей нас социальной действительности. Это обстоятельство особенно важно учитывать при политологическом анализе конкретной проблемы нашего собственного социально-экономического развития, при сопоставлении с другими приоритетными для нас государствами. В частности, по вполне понятным социо­культурным и лингвистическим причинам в Казахстане прежде говорили о желательности развития по турецкой модели модернизации, в рамках которой традиционные исламские ценности уживаются с ориентацией на чисто западные рыночные ценности. Так ли это? Без специаль­ных сопоставительных исследований по общепринятым международным стандартам ответить на данный вопрос, по нашему мнению, просто невозможно.

Действительно, по большинству социоэкономических индикаторов Турция занимает средний уровень среди развивающихся стран, имея доход порядка 1.200 долл. в год на душу населения. Говоря о степени демо­кратизации общественной жизни и стабильности этого государства, можно отметить, что в последнюю четверть века демократическое правление трижды прерывалось сравнительно короткими военными режимами. Это свидетельствует о довольно высоком уровне полити­ческой нестабильности. По большинству же оценок Турция относится к категории неустойчивых демократий, для которых характерно стремление к либерализации общественной жизни и значительные трудности на этом пути. В то же время после окончания последнего периода военной диктатуры 1980-1983 гг. и восстанов­ления демократии в стране довольно успешно осущест­вляется программа экономической модернизации. Об этом, в частности, свидетельствует средний годовой темп роста ВНП в 80-е и начале 90-х годов, который составил более 5 %.

Но, пожалуй, наиболее яркое различие между современной Турцией и Республикой Казахстан состоит в пропорциях этнического состава населения и роли религиозного фактора в культурной жизни страны. До своего распада в конце первой мировой войны по пес­троте своего этнического состава Оттоманская империя мало чем отличалась от Российской. Однако после ее крушения и отторжения различных частей осталось сравнительно небольшое, а главное, этнически, лингвис­тически и религиозно однородное государство. Около 99% населения — мусульмане, из которых 15% исповедуют ислам шиитского толка, а остальные — сунниты. В Турции проживают представители многих народов, в том числе и казахская диаспора, однако единственное значительное по численности национальное меньшинство -это курды, которые по различным оценкам составляют от 10 до 15% при населении свыше 55 млн. человек.

Если обратить более пристальное внимание на интересующий нас вопрос о механизме формирования общенационального единения как основы стабильности современного турецкого общества, то можно сказать, что основной путь социализации молодежи связан с при­общением к религиозным ценностям ислама и нацио­нальной идеологии Мустафы Кемаля Ататюрка. Причем необходимо заметить, что светская идеология кемализма, связанная еще с идеями отца — основателя первой турецкой Республики, уже около 75 лет играет очень значительную роль в консолидации населения вокруг ценностей общенационального государства. На сегодня­шний день, по общей оценке, наиболее дестабили­зирующим фактором остается курдская проблема, для решения которой привлекаются различные средства со стороны государства. Лозунг на создание независимого Курдистана, который бы объединил в новое государ­ственное образование различные части этого народа, разрезанные турецко-иракской границей, привел к мно­голетним кровавым столкновениям и политической нестабильности, хотя правительством Турции предпри­нимаются значительные усилия для разрешения этой проблемы на основе межнационального консенсуса.

Как видим, социальная картина современной Турции в значительной степени отличается от нашей собственной. На первый взгляд естественным путем развития Казах­стана оказывается его органическое вхождение в тюркско-исламский мир, с которым нас связывает многовековая общность национальных корней, языка, традиций и обы­чаев. Однако, в отличие от других республик Средней Азии, вряд ли в национальной культуре Казахстана будут доминировать чисто мусульманские формы. В степях Казахстана исповедовались различные религии, среди которых было древнее христианство и буддизм, а тра­диции тенгрианства по своей значимости для простого народа немногим уступали исламу. Хотя на юге респуб­лики находится усыпальница почитаемого во всем исламском мире святого Ахмеда Яссауи, куда теперь часто приезжают почетные гости со всего мусульманского мира, в целом можно говорить лишь о начальной стадии исламизации Казахстана.

Конечно, в отдаленной перспективе можно предпо­лагать, что ислам займет в духовной жизни Казахстана не меньшее место, чем православие в сегодняшней России. Однако как возможная основа общенациональ­ного единения религия оказывается стабилизирующим фактором лишь при ее признании большинством насе­ления страны. Пример Индии и целого ряда других развивающихся стран, где межрелигиозная конфронтация часто заканчивается кровавыми столкновениями, убедительно свидетельствует о сложности возникающих здесь проблем. Тем более, что для Казахстана возвращение религиозной культуры происходит в довольно своео­бразной форме.

Волею судьбы наше молодое государство оказывается между Европой и Азией, христианским и исламским историческими мирами, хотя и не географически, а скорее демографически и культурно. Поэтому у христианства последователей оказывается не меньше, а в большинстве регионов республики даже больше, чем у ислама.

Основу же общенационального единения в этой связи предпочтительнее искать в культивировании светской идеологии национальной государственности. Разумеется, в этой области даже после принятия Конституции суверенной Республики Казахстан существуют проблемы, В этой связи опять же желательно обратиться к много­образному миру развивающихся стран и проанализи­ровать как положительный, так и негативный опыт в об­ласти поиска механизмов стабилизации различных государств.

Начнем с того, какое место занимает Республика Казахстан среди других развивающихся стран в мировом сообществе. Не только обычным ее гражданам, но даже профессиональным обществоведам очень трудно что-либо понять в сопоставимых величинах в приводимой статистике для адекватного сравнения с другими странами. Дело в том, что на протяжении многих десяти­летий в бывшем союзном государстве именно через свою уникальную систему статистической отчетности, которая резко отличалась от общемировой, создавалась види­мость полного социально-экономического благополучия страны. Сегодня на пути к национальному возрождению, которого просто невозможно достичь, не переходя на общемировые статистические индикаторы социально-экономического развития страны, нам необходимо знать именно объективную ситуацию в обществе.

Вполне очевидно, что принятие долговременных решений политического и социально-экономического ха­рактера должно базироваться на самой серьезной проработке возможных альтернатив. Проблема возмож­ных перспектив социально-экономической модернизации Казахстана должна включать в себя, в частности, срав­нительный анализ различных вариантов развития интере­сующих нас стран. В подобного рода аналитической работе могут участвовать специалисты не только прави­тельства республики, но и академические ученые, занимающиеся соответствующей проблематикой.

Обретение Казахстаном независимости почти сразу же поставило молодое государство перед необхо­димостью определения стратегических ориентиров и модели социально-экономического развития. В этом смысле Стратегия развития Казахстана, разработанная Президентом Республики Казахстан Н.А.Назарбаевым, очерчивает перспективы и приоритеты развития респуб­лики до 2030 года. Но особая значимость этого документа состоит вовсе не в его директивности, а в формулировке ключевых проблем политического и социально-эконо­мического развития нового государства. Каждый из этих приоритетов сразу же попадает в центр пристального внимания и требует заинтересованного обсуждения на всех возможных уровнях.

Несомненно и то, что по каждой серьезной проблеме точка зрения правительства должна, как это происходит во всех цивилизованных странах, подвергаться критике и независимой экспертизе с обязательным привлечением специалистов и ученых. Если определенные решения нашего правительства со всей очевидностью говорят о желании копировать сегодняшний зарубежный опыт социально-экономического развития, то возникает естественный вопрос о том, насколько это целесообразно.

И еще. Достаточно ли учитывается, что независимый Казахстан имеет свои собственные политические и социально-экономические интересы, которые уже в значительной степени отличаются, например, от рос­сийских как во внешней области межгосударственных отношений, так и во внутренней сфере? Если же признать, что нынешние геополитические интересы Казахстана диктуют иной по сравнению с российским вариант социально-экономической модернизации, то здесь возникает множество серьезных вопросов.

Возможно, в силу определенной социальной инерции мы до сих пор считаем себя какими-то особыми людьми, для которых мировой опыт цивилизованной жизни не имеет существенного значения. На самом же деле в XX веке в различных регионах планеты накоплен уникальный опыт строительства национальной государственности, который было бы очень полезно использовать и у нас. Но для этого нам нужно быстрее переходить от иллюзий к прагматизму, то есть, принятию мира таким, каков он в действительности и есть. Несмотря на сложное финан­совое положение в республике, необходимо, по нашему убеждению, выделить достаточные средства из различных источников для действительно серьезных исследований, в частности, по сравнительному анализу вариантов социально-экономической и политической модернизации новых индустриальных и развивающихся стран.

Если мы сегодня с чувством зависти говорим о достижениях Мексики или Таиланда, то чаще всего в специфике тех проблем, с которыми столкнулись эти страны. Для того, чтобы действительно понять, каким образом происходило становление цивилизованного рынка того или иного государства, требуются серьезные анали­тические исследования самого механизма политической и социально-экономической модернизации каждой из этих стран на нескольких уровнях. Во-первых, ознакомление и соответствующее использований показателей и методик анализа развития каждой страны в общепринятой международной системе базовых индикаторов. Во-вторых, выделение основных параметров реализуемых моделей индустриального преобразования общества через опре­деленный вариант социально-экономической модернизации. В третьих, сопоставление проанализированных моделей с возможными направлениями политической и социально-экономической модернизации Казахстана, серьезные аналитические прогнозы последствий выбора опре­деленного варианта действий для нашего государства.

Исследования подобного рода выглядят совершенно новыми лишь для нашего обществоведения, которому традиционно отводилась роль простого комментатора принимаемых политических решений. В современной же западной политической науке ведутся разнообразные по форме и содержанию исследования ключевых проблем социально-экономической модернизации развивающихся стран. Причем, исследования ведутся как по каждой отдельной стране, так и по сопоставимым характеристи­кам для больших групп государств. Например, в большом сравнительном исследовании двадцати шести государств Азии, Африки и Латинской Америки под руководством американских ученых Л.Даймонда, Дж.Линца и С.Липсета были разработаны специальные методики, и на их основе проанализирован большой массив информации на начало 1990 г. Результаты этих иссле-дований были опубликованы в нескольких книгах, а сама научная работа по данной проблематике успешно продолжается и в настоящее время.

Если посмотреть на конкретные проблемы, рассмат­риваемые в подобных исследованиях, то здесь мы видим и роль политического лидерства, политической культуры и экономики, связи между социальной структурой и перспективами социально-экономического развития, государства и гражданского общества, роль политических институтов, этнические и религиозные конфликты, зна­чение армии и международных факторов. Каждая из этих проблем по-своему решается в отдельных развивающихся странах, где имеется как положительный, так и негативный опыт соответствующего рода. В то же время каждая из стран имеет свои традиции культуры, национального менталитета и образа жизни, которые необходимо учитывать при научных исследованиях. Здесь оказы­вается, что конкретный массив информации по каждой стране содержит в себе не только социально-экономи­ческий, но и политологический, а также социокультурный ракурсы проблемы.

Разумеется, на сегодняшнем, еще начальном, этапе трудно претендовать на уровень, сопоставимый с уже достигнутым в наиболее известных западных научных коллективах. В этой ситуации нам необходимо более активно искать возможность включения в международную научную сеть, которая занимается исследованием значимой для Казахстана проблематики политической и социально-экономической модернизации развивающихся стран. Для этой же цели может оказаться полезным сотрудничество с западными специалистами, а также представителями различных развивающихся стран, которые в настоящее время работают в нашей рес­публике.

Итак, модернизация развивающихся стран предпола­гает сотрудничество с западными специалистами и теми из них, кто уже работает в республике. Начиная такого рода сотрудничество, нужно отдавать себе отчет в том, что мы неизбежно столкнемся с большими трудностями при получении интересующей нас информации. В условиях бывшего Советского Союза почти вся специ­альная литература, журналы, обзоры и другие материалы скапливались в библиотеках и научных центрах Москвы, где иностранные источники либо сразу же отправлялись в спецхран для узкого круга специалистов, либо же поступали в общие фонды. Не случайно специалисты из всех республик, в том числе и Казахстана, знакомились с интересующими их зарубежными источниками вовремя командировок и работы в научных центрах Москвы. С распадом Советского Союза и резким уменьшением материальных возможностей нашей науки мы оказались практически отрезанными от фундаментальных научных библиотек и центров, которые десятилетиями комплек­товались на валютные средства всей страны. Если вспомнить, что на Западе стоимость одной книги состав­ляет порядка 20-30 долларов, то можно приблизительно оценить ущерб молодых независимых государств от подобной дележки общего интеллектуального достояния страны. Во всяком случае, для казахстанской науки возникают сейчас очень большие проблемы с получением зарубежной научной информации, необходимой для работы.

В то же время, обретение Республикой Казахстан национальной независимости неизбежно привело к появлению у нас особых государственных интересов, не только не совпадающих, к примеру, с российскими, но и часто противоположных им. Особенно это касается проблематики политической и социально-экономической модернизации Казахстана, которая, по нашему мнению, не должна слепо копировать сегодняшние эксперименты в России. 8 этих условиях нам уже невозможно обходиться аналитической информацией и прогностическими оценками, которые исходят от аналитиков, работающих в ведущих российских научных и исследовательских центрах. Настоятельно необходимо развивать в Казах­стане собственную научно-аналитическую службу, включая сюда систему и государственных, и независимых аналитических центров. Здесь могут быть образованы комплексные коллективы, специализирующиеся как по отдельным регионам и странам, так и по совокупности проблем, связанных с отдельными сферами политической и социально-экономической модернизации. Важно в данном случае учитывать возможную заинтересованность в проводимых исследованиях не только государственных органов республики, но и нарождающегося казахстан­ского бизнеса, деловые интересы которого могут потребовать наличия соответствующей информации и необходимых научно-аналитических прогнозов по данной проблематике.

В Казахстане уже сделаны первые шаги в этом направлении Институтом развития Казахстана, который начал реально функционировать с 1994 года. В частности, ученые этого Института принимали деятельное участие в разработке принимаемой сейчас социальной про­граммы правительства республики. Работа здесь наце­лена на научное обеспечение потребностей текущей политики и учитывает именно стратегические перспек­тивы и возможные модели долгосрочного развития Казахстана в сопоставлении с другими развивающимися странами. Во всяком случае, в рамках академических институтов соответствующего профиля необходимо, по нашему мнению, ориентировать некоторых ученых на разработку стратегических для республики проблем долгосрочной перспективы, которая связана с серьезным изучением международного опыта.

И вообще, говоря о современной роли общественных наук в нашем обществе, нужно иметь в виду, что кроме объективного анализа социальной действительности важное значение имеет функция поддержания стабиль­ности в государстве. Можно много рассуждать о перс­пективах социально-экономической модернизации, о долгосрочных целях и приоритетах нашего обществен­ного развития, однако при отсутствии стабильности в государстве все наши планы могут оказаться очередными иллюзиями. В условиях тоталитарного государства социально-политическое единство общества достигалось путем жесткой регламентации образа жизни почти каждого человека. Идеологизацией были пронизаны почти все сферы управления, культуры и науки, образования и общественной деятельности. Произошел грандиозный крах Советского Союза, которому предшествовало тотальное поражение марксистко-ленинской идеологии. Казалось бы, в этих условиях должны возникнуть полностью деидеологизированные государства на обломках прежней империи.

Как мы хорошо видим, наши ожидания оказались не соответствующими реальности. На место ушедшей идеологии приходят новые системы политических взглядов, убеждений и групповых позиций. Более того, трагический опыт горячих точек бывшего Советского Союза заставляет все чаще задумываться о той страшной цене, которую приходится платить обществу, утратившему социальную стабильность. Нужна ли нам полная демо­кратия по чужим образцам, которая может закончиться кровавым столкновением различных национальных и социальных групп, или на переходный период более предпочтительным является авторитарное государство с сильным политическим лидером?

Ответ на этот вопрос, думается, даст сама жизнь. Тем более, что нашей стратегической целью бесспорно являются построение демократического правового государства и вхождение в качестве полноправного члена в мировое экономическое сообщество. При этом вполне возможно, что наш путь не окажется особо гладким и задача сохранения социальной стабильности станет одной из самых важных для государства.

Исходя из этих обстоятельств, можно констатировать необходимость поиска основных приоритетов общенациональной идеи прежде всего в стремлении к социальной консолидации и гражданскому единению для достижения экономической стабильности и обретения достойного качества жизни. При этом важно ориентировать общество, особенно молодое поколение, с помощью общенациональной идеологии не на чисто потребительский подход к формирующемуся рыночному механизму, когда стремление к наживе любой ценой подрывает не только индивидуальную мораль, но и социальную стабильность в целом. За яркой и лишь сравнительно недавно засверкавшей витриной новых индустриальных стран нужно уметь рассмотреть, а главное — внимательно изучить определенные типы трудовой этики и индивидуальной мотивации, без которых невозможно создать процветающую экономику товарного изобилия и стабильности.

В рамках формирования идейных ориентиров необходимо оказать серьезную государственную поддержку тем формам организационного развития в различных сферах, которые уже были успешно реализованы в развитых и новых индустриальных странах. В частности, для ускорения процессов социально-экономической модернизации общества и выбора новых приоритетов в сфере культурной и образовательной политики Республика Казахстан нуждается в комплексной национальной программе «Интеллект», аккумулирующей имеющийся мировой опыт с учетом специфики нашего независимого государства. Мы убеждены, что в этой области затраченные усилия принесут социально значимую отдачу для нашего общества, ибо приоритет образования и науки будет законом общественного движения в XXI веке.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.