Состояние экологического кризиса в Казахстане в XX — XXI веках

Казахстан — крупнейшее евразийское, центрально-азиатское государство, занимающее особенное геогра­фическое положение на этом континенте. По величине, протяжённости своей территории Казахстан занимает 9 место в мире, на ней разместились бы почти все государ­ства Западной Европы. Издревле через его территорию проходили караванные пути, соединявшие Европу и Азию, он был зоной активных межэтнических контактов западной и восточной цивилизации. И это не случайно. Огромные просторы нашей страны, степной и горный рельеф, многообразие ландшафтов, экосистем, обилие различных видов фауны и флоры способствовали прихо­ду многочисленных скотоводческих скифских, гуннских, сарматских, тюркских и т.д. племён, которые в жестокой борьбе с другими племенами утверждали своё господство на казахской земле. Согласно археологическим и исто­рическим данным освоение территории нашей страны кочевниками-номадами началось со II тысячелетия до н.э. Величайшими завоеваниями этой эпохи становятся I и II крупные общественные разделения труда, появление металлургии и горного производства, доместикация ди­ких животных, в числе которых была лошадь.

Освоение протоказахскими племенами металлургичес­кого производства, изготовление железных орудий тру­да и оружия, использование лошади в качестве транспор­тного средства — послужили основой объединения их в мощные мобильные военно-политические союзы, способ­ствовали становлению обменных и торговых отношений с сопредельными государственными объединениями и народами. Взаимодействие и взаимовлияние их оказало благотворное влияние на их хозяйственную жизнь и при­вело к становлению экономики производящего типа -появляются поселения сельского и городского типов, на­ряду со скотоводством развивается земледелие, появля­ется ремесло. Исторически на территории Казахстана существовали три вида хозяйств — кочевое, полукочевое и оседлое. Доминирующим видом жизнедеятельности наших предков — протоказахов было кочевое хозяйство, которое опиралось на родоплеменную организацию, что нашло отражение в «особо жёсткой связи индивида со своей социальной группой, будь то сельская или городс­кая общины, этнос или сословие. Групповая структура общества и место в ней человека определяют границы его жизненных возможностей; нормы групповой культу­ры оказывают мощное воздействие на его мотивы, цен­ности и ориентации».

Эти климатические процессы вызвали широкую миграцию среди земледельческих племён, которые в поисках лучших земель стали покидать насиженные места. Наиболее жизнестойкими явились скотоводческие племена, которые приняли достойно вызов природы и приспособились к сложным, суровым, жёстким условиям существования. В ходе прохождения подобной суровой школы выживания ими был усвоен важный урок — благополучие и достаток их семей, других людей зависит от природы. «У протоказахов природа выглядела как абсолютное и вечное начало, внутри себя имеющее свои причины, активность и возможность изменения. Человек подчинялся этой природе, она выступала как Вселенная, которая диктует человеку формы и способы его бытия. Природа для казаха не среда, в которой он существует, не внешнее по отношению к нему, а стихия, содержание самого человека, такая связь с человеком, без которой нет его сущности». Так формировался космоцен-тристский взгляд на мир, основой своей имевший бытие протоказахов-номадов. «Вся жизнь казахов была тесно связана с природой и животным миром. Шаманы-баксы нашивали на одежду амулеты из когтей беркута и филина, медведя, рыси и волка. Молодые джигиты носили на шее кости сустава волка (асык) — от порчи и злых духов. Преклоняясь перед силой природы, с большим почтением относились к хозяину водной стихии, называя его «су иecі Сулейман». Озеро или река, на которой было много водоплавающей птицы, расценивалось как благосклонность со стороны Сулеймана, отдающего большую энергию для жизни на земле. Казахи старались не нарушать покой птиц, сбор яиц проводился очень редко в случаях голода и в целях приготовления лекарственного порошка из скорлупы этих птиц. В былинах и сказках казахов лебедь, гусь, утка, сова, соколы и беркуты являли собой символы добра и мудрости, а лысуха, баклеи, пеликан — зла, прожорливости, жадности. Весенний пролёт стаи жу­равлей над аулом вызывал у людей всплеск радости, как символ окончания зимы и начала тёплого периода года. Старики благодарили бога за то, что пережили трудное время и увидели весну, женщины брали в руки черпак и слева направо обстукивали юрту, приговаривая: «сут коп, көмір аз» — «молока много, угля мало». После чего веша­ли черпак с правой стороны от входа в жилище» [49, с. 179]. Объектом обожествления, сакрализации являлся любой предмет, который включался в сферу человечес­кого бытия. К примеру, «чтобы сделать черенок для плёт­ки, человек находил кустарник… и рукой отмерял от при­глянувшегося ему прута кусок нужного размера. Затем он обхватывает прут в определённом месте левой рукой и, зажав его в кулак, говорил: «…куда идёшь?». После этого зажимал прут выше правой рукой, не разжимая ле­вого кулака, и отвечал: «иду на гору!». После этого отве­та он, держа прут правой рукой, перемещал ещё выше кулак левой руки и снова спрашивал: «зачем на гору идёшь?». Затем снова переставлял правую руку и отве­чал: «рукоятку к плётке срезать… Мне одну рукоятку… Тебе одну!». После этого срезал черенок отмеренной ру­ками длины» [50, с. 54]. Как видим, казахская культура была направлена на космологию, кочевой образ жизни формировал у предков казахов благоговейное, трепетное отношение к природе, к Великой степи. Условия жизни кочевников сформировали у них и такие черты, как кон­сервативность и приверженность традиции. Как справед­ливо отмечает О.А. Сергеева, кочевому социуму в боль­шей степени присуща инерция социокультурных стерео­типов, которые сформировались вместе с данной струк­турой, эволюционируют, не меняясь кардинальным об­разом в своих базовых принципах [51]. Кочевое хозяйство в сущностной своей основе было природным и натураль­ным. Кочевники жили в гармонии с природой, большое значение уделяли её законам, не нарушая их.

Подобное отношение к природе было характерно и для земледельческих племён Казахстана, которые с древ­нейших времён были знакомы с ирригацией, террасным и поливным земледелием. Деятельность земледельцев не оказывала существенного воздействия на состояние при­родной среды, их взаимодействие с природой не носило кризисного характера. В целом, и земледельческая дея­тельность, и кочевое скотоводство требовали определён­ных знаний и навыков. «С целью рационального исполь­зования пастбищ и сохранения почвы от эрозии стадо овец не превышало 400-500 голов. В оседлых аулах про­изводились весенние подготовительные работы земле­дельцев, пахота и посев зерновых культур. В основном сеяли пшеницу, просо, ячмень, овёс. Часть скотины отго­няли на пастбища, а дойную скотину переводили в откры­тый загон, зимние кошары очищались от навоза, кото­рый срезали лопатами и складывали для просушки на воздухе, зимой этот кизяк использовался для отопления жилища. Для усиленного ведения хозяйственной деятель­ности важное значение уделялось изучению природных явлений, прилёту птиц и отлёту перелётных птиц, их гнез­дованию, наблюдали за звёздами на небосводе. По рас­положению звёзд производились необходимые расчёты, эти данные сверялись с фенологическими наблюдениями, которые вели особые категории людей «есепши», и на ос­новании полученных данных предсказывали, какой бу­дет год для ведения хозяйства. В середине мая главы аулов, родов собирались на ежегодный весенний курул­тай, где по результатам полученного приплода распре­делялись пастбища на джайляу, решали темпы движения, порядок кочёвки, через какие местности идти, решались и другие важные вопросы племени» [49, с. 180].

Такое состояние динамического равновесия с приро­дой, которое опиралось на кочевничество, для которого главным принципом в отношении с природой был прин­цип «не навреди», длилось в течение многих веков вплоть до середины XIX века. В течение столь длительного пре­бывания казахского народа в условиях кочевья экологи­ческая проблема перед ними не стояла. Коренные изме­нения в Великую степь принесла вторая половина XIX века, когда Россия стала активизировать свою колони­заторскую политику, разрушать старую систему хозяй­ствования и в казахстанские степи начали проникать то­варно-денежные, капиталистические отношения. «То была особенно тяжкая пора в истории казахов. Нетруд­но представить положения огромных степных просторов, оказавшихся на пути хищных стратегических интересов империи, решившей как можно больше захватить как можно большую часть земного шара. Для этого нужно было разрушить исторически сложившуюся нацио­нальную систему правления страной. Надо было силком внедрить в степь порядки и форму власти могуществен­ной метрополии. Было спешно и искусно создано несколь­ко карликовых ханств, нарушена этнотерриториальная целостность. Потом раздробили народ и земли ханства по родовым и племенным признакам на волости и аулы. Таким образом, ханства ловко расчленили, словно тушку овцы, лишили какой-либо самостоятельности, поневоле включили в состав крупных губерний, в которых народ мигом превратили как бы в поселенцев. На троны недав­них ханов царское правительство посадило волостных правителей из числа «верноподданных казахов». Разор­вав все былые традиционные связи, крепившие единство народа, образовали новую, чуждую систему правления по аулам, волостям, уездам. — отмечает Президент Респуб­лики Казахстан Н.А. Назарбаев, характеризуя это вре­мя. — В самых низах, в аулах и волостях отныне верхово­дила местная знать, «аткаминеры», уездами и областями управляли верные царю военные чиновники. Таким об­разом, казахи на своей исконной земле очутились в роли бесправного пришельца. Народ лишился не только на­ционального, но и родоплеменного единства, между ними посеяли раздор и смуту» [52]. Кочевая цивилизация усту­пила место оседлой, культура чистой экологии, номадическая система мировосприятия неминуемо ушла в про­шлое.

С приходом Советской власти началось новое наступ­ление на казахстанские степные просторы, стали интен­сивно осваиваться богатые казахстанские природные не­дра. Так, из 105 элементов таблицы Менделеева в недрах Казахстана имеются в промышленной кондиции 99, в на­стоящее время разведаны запасы по 70, освоено обогаще­ние или производство 60 элементов. Наличие такого коли­чества богатых месторождений полезных ископаемых не могло пройти незамеченным для властей, в Казахстане на­чинается бурное развитие горно- и нефтедобывающих сек­торов производства, особенно в послевоенные годы, что даёт толчок к появлению наиболее опасных для окружаю­щей среды отраслей экономики — топливной, металлурги­ческой, химической и нефтехимической. Строятся комби­наты, заводы, фабрики. К крупнейшим горнодобывающим комбинатам относились: Соколовско-Сарбайский, Качар-ский, Экибастузский, Лисаковский, Балхашский, Карата-уский, Жезказганский, Донской, Карагандинский уголь­ный и другие, которые вели открытую разработку место­рождений полезных ископаемых, тем самым нанося непоп­равимый удар по экологии тех регионов, на территории которых они располагались. Бесспорно, что проведение открытых горных работ оказывало намного значитель­ное, губительное, разрушающее, регрессивное воздействие на природную среду, чем подземные, закрытые. С точки зрения экономики открытые горные работы являются ма­лозатратными, высокопроизводительными, эффективны­ми, хотя обладают наихудшими экологическими показа­телями — из землепользования изымаются большие пло­щади, образуются «лунные пейзажи», терриконы, в воздух непосредственно попадают десятки тонн загрязняющих, высокотоксичных, отравляющих химических веществ, пагубно влияющих на здоровье населения. Разрушается и почва вокруг этих комбинатов — количество и протяжён­ность техногенных пустынь, непригодных для использо­вания земель всё более и более увеличивается. «Так, на­пример, при осушении железорудных и угольных место­рождений на каждом откачивается более миллиона куб. воды в сутки, что …приведёт к образованию воронки ди­аметром 150 км и глубиной 300 м. При добыче угля в Кара­гандинском бассейне нарушено более 15 тысяч га, рекуль­тивация планируется лишь на 450 га в год. На Орджони-кидзевском ГОКе, которому отведено 11 тысяч га, в том числе 10.5 сельскохозяйственных земель, рекультивирова­но в сельское хозяйство 1300 га, в основном лесохозяйствен-ное» [7, с. 61]. В советские времена растёт и количество мед­норудных, титаномагниевых, цементных и прочих заво­дов по переработке горнорудного сырья, фабрик по вы­пуску биологических, химических, синтетических, мине­ральных веществ, сельскохозяйственных удобрений и т.д., которые своими отходами загрязняют, заражают не толь­ко атмосферу, но и гидросферу, литосферу, тем самым рас­ширяют зоны экологического кризиса. Техногенные оре­олы рассеяния вредных для здоровья человека и существо­вания всего живого токсичных веществ (серы, фтористого водорода, аммиака и т.д.) образуются и распространяют­ся в окрестностях всех горнорудных, химических и других комбинатов, заводов и т.д., многие из которых располага­ются в городской черте. Свыше 10 городов Казахстана входят в список городов с наибольшим уровнем загрязне­ния атмосферы. Это — Алматы, Усть-Каменогорск, Тараз, Зыряновск, Темиртау, Шымкент, Семипалатинск, Каратау, Кустанай, Актау и другие. К примеру, высокие сред­ние концентрации диоксида серы, свинца наблюдаются в Усть-Каменогорске, диоксида азота, свинца — в Зырянов-ске, фенола — в Темиртау, фтористого водорода — в Кара­тау, аммиака — в Кустанае, бензапирена — в Алматы, Таразе, Караганде и т.д. Высокие концентрации пыли харак­терны для Семипалатинска, Шымкента, Актау. Общеиз­вестно, что в настоящее время Казахстан занимает одно из первых мест в Центральной Азии по выбросам парни­ковых газов. Большую долю загрязнения вносят выхлоп­ные газы автомобилей — до 55-60% от общего объёма выб­росов.

Помимо специфических токсических, загрязняющих ве­ществ, в атмосферу населённых пунктов выбрасываются и другие отравляющие вещества. К примеру, в г.Семипа­латинске имеется около 1900 источников загрязнения, при этом только одна треть обеспечена пылегазоочистными сооружениями. «На 51 предприятии города отсутствуют санитарно-защитные зоны. В атмосферу города выбра­сываются более ста наименований загрязняющих веществ в количестве свыше 85 тыс. тонн в год. В среднем на 1 жителя города Семипалатинска приходится свыше 76 кг вредных веществ. Характерным для города Семипала­тинска является то обстоятельство, что высокое загряз­нение атмосферы определяется, в основном, выбросами теплоэнергетических предприятий (самые крупные из которых ТЭЦ-1, ТЭЦ-2, районная котельная РК-1), ото­пительными котельными жилищно-коммунального хозяй­ства (их свыше 50), выбросами автомобильного транспор­та и частного сектора (печное отопление)» [53, с. 126]. К самым особо опасным токсичным загрязнителям при­роды, окружающей среды относятся ионы тяжёлых ме­таллов, обладающие способностью в течение длительно­го периода отравлять живые организмы. Они не утили­зируются микроорганизмами, попадают в почву, заражая растения, в речные экосистемы, аккумулируются в гид-робионтах, приводят к их мутациям. Через них эти ионы передаются к теплокровным организмам, к человеку, в последующем способствуя их разрушению и уничтожению (см. таблицу 1) [54].

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.