Просмотров: 317

Развитие русской и европейской военной мысли

В своих трудах П.А.Румянцев, А.В.Суворов и М.И.Кутузов обобщили богатый боевой опыт русской армии, свой опыт управления войсками, изложили собственные взгляды на целый ряд вопросов военной науки, в том числе и на вопросы руководства войной, Румянцев был первым среди военных теоретиков ХУШ века, указавшим на тесную связь военной стратегии и политики, на необходимость единства политического и военно-стратегического руководства войной. Однако и Румянцев, и Суворов, и Кутузов, выигрывая сражения, опирались, как правило, на теорию военного искусства и относительно мало, чаще интуитивно, использовали знания о политической, экономической и других сторонах жизни государства, его было прерогативой русских царей, которые не допускали своих полководцев до политических основ руководства войной, а сами не считали необходимым особенно глубоко вникать в вопросы военно-стратегического руководства.

Румянцев Петр Александрович (1725-1796) сын А.И.Румянцева, сподвижника Петра I, граф (17 44), русский полководец, ген-фельдмаршал (1770). В детстве был записан в гвардию,, в 1740 году произведен в офицеры и во время русско-шведской войны (1741-1743) находился в действующей армии при своем отце» Во время Семилетней войны успешно командовал бригадой под Грос-Егерсдорфом (1757) и дивизией в Ку-нерсдорфском сражении (1759). Командуя корпусом, руководил осадой и взятием крепости Кольберг (1761). В 1764-17 96 годах — президент Малороссийской коллегии и генерал-губернатор. В начале русска-турецкой войны (1768-1774) командовал 2-й армией, в 1769 году -экспедицией.-по занятию Азова, с августа 17 69 года — 1-й армией. Летом 1770 года- разгромил превосходящие силы турок и занял левый берег нижнего течения Дуная, а в 1774 году успешным наступлением вынудил Турцию заключить мир (1774). В 1775 году получил почетное добавление к фамилии — Задунайский и был назначен командующим тяжелой кавалерией. Во время русско-турецкой войны (1787-1791) командовал 2-й армией, вступил в конфликт с главнокомандующим Г.А.Потемкиным и фактически устранился от командования. В 1794 году номинально числился главнокомандующим армией, действовавшей против Польши, но из-за болезни не выезжал из имения.

Деятельность Румянцева-Задунайского как полководца в значительной мере определила развитие русского военного искусства во второй половине XVIII века. Уже во время Семилетней войны Румянцев-Задунайский выступил инициатором введения строгих боевых порядков, им впервые были применены батальонные колонны для маневрирования на поле боя и созданы легкие батальоны (будущие егеря), действовавшие в рассыпном строю, что означало зарождение новой тактики. В русско-турецкой войне 1768-1774 годов Румянцев-Задунайский целеустремленно проводил принцип решительного сражения как основного пути достижения победы. Его полководческое искусство характеризовалось использованием подвижных каре, умелым сочетанием фронтальных и фланговых удаорганизацией взаимодействия родов войск. Особое значение он придавал массированным и стремительным ударам легкой кавалерии. Большое внимание уделял материальному обеспечению и воспитанию солдат. Свои идеи Румянцев изложил в «Инструкции» (1761), «Обряде службы» (1770) и «Мыслях» (1777), которые были использованы при выработке уставов и реорганизации русской армии во второй половине XVIII века. Суворов Александр Васильевич (1729 (?)-1800)- граф Рымникский (1789), князь Италийский (1799), русский полководец и военный теоретик, генералиссимус (17 99). Суворов, опираясь на вековые военные традиции России, возродил и развил прогрессивные черты петровской армии в области организации, боевой подготовки и военного искусства. Суворов был одним из самых образованных военных деятелей XVIII века: он знал математику, философию, историю, владел немецким, французским, итальянским, польским, турецким и некоторыми другими языками. Политическим идеалом Суворова была «просвещенная монархия». Являясь сторонником самодержавия, представителем и защитником классовых интересов дворян-помещиков, Суворов в то же время осуждал «тиранство» самодержцев (Екатерины II, Павла I), резко критиковал придворные нравы (фаворитизм, протекционизм, праздность, угодничество, карьеризм), насаждавшиеся при Павле I прусские военные порядки и «бесполезную жестокость в войсках». Независимость суждений Суворова, его огромный авторитет в армии вызывали со стороны правительства недовольство им. Патриотизм Суворова был основан на идее службы Отечеству, глубокой вере в высокие боевые способности русского воина, в военный талант своих подчиненных и учеников (М.И.Кутузова, П.И.Багратиона, М.И.Платова, М.А.Милорадовича и др.). Суворов проявлял гуманное отношение к мирному населению и пленным («не меньше оружия поражать противника человеколюбием»), сурово преследовал мародерство. Военно-теоретическая и практическая деятельность Суворова отражена в его огромном литературном, документальном и эпистолярном наследии, включающем труды «Полковое учреждение», «Наука побеждать», различные наставления, инструкции, приказы, диспозиции, памятные записки, переписку с военными и государственными деятелями. Эти работы характеризуют Суворова как выдающегося военного теоретика, стратега и тактика, глубоко понимавшего проблемы военного дела, во многом опередившего свое время, создавшего оригинальную систему взглядов на способы ведения войны и боя, обучение и воспитание войск, основавшего свою прогрессивную школу военного искусства.
Одержав множество побед над сильными противниками, Суворов снискал славу непобедимого и обогатил военную практику блестящими примерами успешных действий в трудных условиях, а военную науку — новыми идеями и положениями.
В области стратегии Суворов считал, что война должна быть по возможности скоротечной, для чего необходимы своевременная и энергичная мобилизация всех сил и средств для ее успешного ведения с учетом международной обстановки, сил и намерений противника, постановки перед вооруженными силами решительных целей, быстроты наступательных действий с целью разгрома прежде всего живой силы противника. Суворов был решительным противником господствовавшей в то время в европейских армиях кордонной стратегии. Он рассматривал маневр войск на театре военных действии не как самоцель, а как средство уничтожения источников снабжения и пополнения противника, сосредоточения своих сил против его «слабого пункта» для решительного удара в полевом сражении. Следуя принципу «держать по возможности все силы в совокупности», Суворов предвосхитил стратегическую идею массирования сил, обычно приписываемую Наполеону I. Суворов учил, что успех сражения обеспечивают тщательная разведка (войсковая, агентурная), скрытность замыслов и действий, внезапность уцара. Громадное значение придавал он фактору времени, утверждая, что расчет времени есть главное правило войны, что иногда от единого мгновения разрешается жребий сражения. Непримиримый враг догматизма и шаблона Суворов учил, что все кампании различны между собой, никакой баталии в кабинете выиграть нельзя и теория без практики мертва. Резко критикуя систему руководства боевыми действиями с помощью составляемых «для проформы примерных планов кабинетов» без учета постоянно изменяющейся обстановки, Суворов считал, что главнокомандующий должен обладать полнотой власти. Он строго учитывал обстановку и характер театра военных действий (топографию, климат, особенности противника, возможности привлечения в свою армию местного населения). Большое внимание уделял задачам обеспечения армии людскими и материальными резервами, транспортными средствами, четкой работе квартирмей-стерской и штабной служб. Считая наступление главной формой действий, Суворов не пренебрегал обороной.
Тактика Суворова была органически связана с его наступательной стратегией и носила решительный характер. Суворов применял в бою различные боевые порядки: линии, каре, колонны (полковые, батальонные, взводные и другие) и их сочетания. Еще в 1778 году он пришел к выводу о преимуществе применения колонн, т.к. они более гибки, чем другие построения, быстры в движении, сильны в безостановочном наступлении. Действия колонны сочетались с действиями пеших и конных егерей в рассыпном строю перед фронтом и на флангах боевого порядка. Суворов нередко проводил бои ночью. Предпочтение отдавал решительному и тщательно подготовленному штурму перед длительной осадой. Тактическим приемом Суворова являлась быстрота движения войск в наступлении с целью сократить потери в зоне действующего огня и сохранить силы для штыковой атаки. В то же время Суворов, увеличив запас ружейных патронов до 100 на солдата, требовал прицельной стрельбы. Суворов тщательно и детально разрабатывал диспозиции сражений, осад, штурмов крепостей. Вместе с тем после отдачи общего приказа он представлял командирам дивизий и корпусов право действовать «наилучшим образом» по их усмотрению в зависимости от местных условий. Большое внимание Суворов уделял боевой подготовке войск. Он обучал своих солдат во всякое время, в мирной и военной обстановке, настойчиво проводя свой принцип: «Легко в учении — тяжело в походе, тяжело в учении — легко в походе». Суворов ввел в боевую подготовку сквозные атаки, т.е. двусторонние маневры армии, во время которых отрабатывались наступление, оборона, встречный бой, действие на пересеченной местности, преследование и т.д. В 1799 году Суворов разработал «Правила ведения военных действий в горах».
Воспитывая войска в духе «смелой нападательской тактики», Суворов всеми мерами развивал у подчиненных инициативу, не только офицерам, но и унтер-офицерам и солдатам сообщалось о плане предстоящих действий. Инициативу, предприимчивость, храбрость Суворов поощрял боевыми наградами, способных продвигал по службе. Суворов постоянно заботился о высоком морально-боевом духе войск, в трудных походах воодушевлял солдат своим красноречием и юмором, воспитывал у них чувство товарищества, профессионального достоинства, заботился о военной выправке, опрятности и нравственности солдат, о санитарном состоянии казарм и лагерей, о хорошем питании, об обеспечении удобным и теплым обмундированием, обувью, ввел весьма передовые для своего времени «Правила медицинским чинам». В результате в войсках Суворова резко сократились заболевания, которые были бичом для армии XVIII века. Кутузов Михаил Илларионович (1745-1813)- русский полководец, генерал-фельдмаршал (1812). Полководческое искусство М.И.Кутузова, ученика А.В.Суворова, отличалось широтой и разнообразием всех видов маневра в наступлении, обороне, своевременным переходом от одного вида маневра к другому. Современники, расходясь в оценке качеств Кутузова, единодушно отмечали его исключительный ум, блестящие полководческие и дипломатические дарования. Оценив с политической и военно-стратегической точек зрения обстановку, сложившуюся после Бородинского сражения, Кутузов увидел реальную возможность в короткие сроки завершить разгром полчищ Наполеона. Однако ни царь, ни военное министерство не приняли сколько-нибудь эффективных мер, чтобы удовлетворить настойчивые требования Кутузова по усилению армии свежими войсками, обеспечению ее боеприпасами и продовольствием. В сложившейся обстановке главнокомандующий вынужден был сам принять единственно правильное решение: отступить, дабы сохранить армию, организовать и привлечь для активного участия в борьбе с оккупантами широкие народные массы, собраться с силами, а затем перейти в контрнаступление и разгромить захватчиков.
Труды и полководческая деятельность Румянцева, Суворова, Кутузова сыграли большую роль в становлении и развитии тенденции дальнейшей централизации руководства вооруженными силами. Одними из первых полководцев того времени они стали учитывать изменения, связанные с ростом численности армии, с увеличением их подвижности и маневренности, возрастающей зависимостью побед в войне от вовлечения в ее сферу политической, экономической, идеологической и других сторон жизни воюющего государства.

Русская армия в этот период далеко опередила армии других государств в части разработки теории и практики управления войсками; ее штабы как органы управления были созданы значительно раньше, чем на западе. Большую роль в реорганизации управления русской армией сыграло изданное в 1812 году «Учреждение для управления большой действующей армией». В этом основном руководящем документе определялись права и обязанности всех командных инстанций и штабов от главнокомандующего до командира дивизии, порядок комплектования штабов и прохождения службы офицерами генерального штаба. Главнокомандующему предоставлялась полнота власти в управлении войсками, выработке планов военных действий и выборе средств для достиже-ния поставленных целей. «Учреждение» предъявляло весьма высокие требования к начальникам штабов всех степеней. От них требовались широкое общее и военное образование, твердые знания о правилах войны, об истории военных действий и т.д. Несколько отличный подход к руководству вооруженными силами и войной в целом наблюдался в этот период в армии Наполеона. Он также создал постоянный штаб для управления своей армией, однако в период военных действий стремился управлять массовой армией лично и через своих адъютантов. В сосредоточении политического и военно-стратегического руководства была одна из причин его многочисленных побед. Это — положительная сторона в руководстве вооруженными силами. Отрицательная его сторона заключалась в том, что исключительная жесткость, чрезмерная централизация управления всей армией и всеми сторонами жизни государства в руках одного лица подавляли инициативу у подчиненных генералов, офицеров и государственных деятелей, со временем подготовляя из них хороших исполнителей воли Наполеона, но безынициативных руководителей. Между тем среди маршалов и государственных деятелей империи Наполеона было немало действительно талантливых людей.
Одним из ярких и одновременно роковых примеров воспитания Наполеоном безынициативных, слепо следующих его указаниям офицеров могут служить действия по управлению войсками генерала Гурши в битве при Ватерлоо. Преследуя отряд пруссаков, он не заметил, как основные силы Блюхера оторвались от него и пошли на соединение с Веллингтоном. Корпус под командованием Гурши сбился с пути и шел по пятам небольшого отряда Тильмана, ошибочно полагая, что преследует Блюхера. Даже когда он услышал звуки канонады сражения при Ватерлоо, вопреки настояниям своих старших офицеров Гурши, выполняя приказ, продолжал следовать прежним неверным курсом, удалявшим его от места решающего сражения. Углубленному познанию процессов руководства войной в эту эпоху способствовали также труды военных теоретиков, среди которых наибольший вклад внесли работы англичанина Г.Ллойда, француза А.Жомини, немцев Г.Бюлова и К.Клаузевица.

Ллойд Генри (1720-1783)- военный историк и теоретик. С 1740-х годов -во французской армии, во время Семилетней войны (1756-1763) служил в австрийской, русской и прусской армиях, во время русско-турецкой войны (1768-1774) в русской армии командовал дивизией; затем жил в Англии, Голландии и Бельгии. Обобщил и изложил в виде определенной системы стратегию современной ему эпохи. Ллойд одним из первых военных теоретиков подчеркнул тесную связь войны с политикой, значение морально-политического фактора и национальных особенностей. Теоретически обосновал господствовавшую в XVIII веке стратегию, основанную на магазинной системе снабжения; ввел понятия базис военных действий (пункт, где находятся главные магазины) и операционная линия (путь от базиса до цели действий) , предложил методы ведения наступательных и оборонительных  войн.

Примерно на одних и тех же позициях в отношении развития военно-теоретической мысли стояли Ллойд и Бюлов, которые впервые стали трактовать военную стратегию как сердцевину военной науки. Помимо этого, в трудах Ллойда и Бюлова просматривается подход к рассмотрению войны с двух основных сторон — материальной и духовной. В материальной стороне они видели существенную связь между такими элементами, как армия, оружие, географические условия, пространство и время. Особое значение они придавали географическому фактору и передвижениям войск, считая их наиболее важными и основными для хода и исхода войны. Утверждая географический детерминизм, родоначальники буржуазной военной науки многое сделали, чтобы перевести военно-теоретическую мысль с «вдохновенного понятия» на материальную основу. Географический детерминизм в конце XIX — начале XX вв. превратился в орудие обоснования захватнической политики. С обобщением опыта французской буржуазной революции и войн Наполеона связано имя известного военного теоретика А.Жомини.

Жомини Антуан Анри (1779-1869) -военный теоретик и историк, генерал. С 1798 года — в швейцарской армии, в 1804-1813 годах служил во французских войсках, с 1813 года — на русской службе. Обобщил опыт наполеоновских войн, проводил идею существования «вечных» принципов  в  военном искусстве. Жомини написал много трудов по вопросам военной теории и военной истории. Он пытался проследить причинно-следственные связи, свойственные военным действиям, раскрыть характер взаимодействия тех элементов, от которых зависит суцьба войны, причем подходил к этому, изолируя военное искусство от социально-экономических и политических условий. Считая, что связи между элементами военных действий и их взаимодействие исторически жизненны, тем самым абсолютизировал устойчивые, повторяющиеся связи и соотношения в военных действиях и не учитывал их подвижности, изменяемости. Он подчеркивал непосредственные связи и недооценивал опосредованные, при этом абсолютизировал роль полководца, противопоставляя его войскам как решающую силу. Несмотря на это, принципы, сформулированные Жоми-ни, так или иначе выражают сложные взаимосвязи различных элементов соотношения воюющих сторон в интересах победы над противником, указывают на необходимость в этом случае единого руководства всеми сторонами войны. Наиболее полное развитие военно-теоретическая мысль в первой половине XIX века в Западной Европе нашла в трудах военного теоретика К.Клаузевица, служившего в русской армии в 1812-1814 годах и принимавшего участие в Бородинском сражении, в операциях на Нижней Эльбе и в Нидерландах.

 

 

 

 

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.