Просмотров: 5 574

Казахские народные приметы и поверья

Поверье — это суеверное предание, в которое можно верить или не верить, однако это пример народной жизни, рожденный опытом и традициями. Примета есть своеобразное предвестие чего-либо — хорошего или плохого, она есть знак, предостережение человеку. Вместе с тем, у казахов существует «примета», неразрывно ассоциирующаяся с понятием «запреты», что запрещается делать (табу). Сегодня некоторые из этих знаковых преданий представляют лишь исторический интерес, но немало среди них таких, которые помогают лю­дям жить, творить и приумножать духовные и материальные богатства. Вместе с тем, многие приметы и поверья, дошедшие до наших дней, носят отголоски языческой веры (тенгризм, шаманизм, суфизм и др.). Однако следует отметить, что некоторые приметы и поверья трактуются в отдельных сурах Корана. «Киргизы (казахи) приписывают особенную силу кие некоторым сти­хиям, например, огню (который был божеством), некоторым животным, птицам и разным предметам, полезным в их кочевом быту, и воздают им известного рода почет, думая, что исполнение этих почетных обрядов утверждает за ними богатство и счастье; Құт — это слово заключает в себе идею счастья, соединенного с богатством, а неисполнение — бедность и какое — нибудь зло. Предметы, имеющие такую силу кие, называют киелы, а карательная их сила кеср (зло). Ч.Ч.Валиханов писал: «…если животное имеет какую-нибудь особен­ность, то его называют аулие и почитают выражением счастья; лошади с гнездами на гривах и хвостах, которые делают, по понятиям (казахов), злые духи — шайтаны, почитаются также на предмет счастья (құт), таких животных никому не отдают: «счастье уйдет» (в сносках- «құт кетеді»), если отдают —тогда берут так называемый слекей — слюну. Например, у лошадей вырывают клочок гривы, ослюнивают в слюне животного и кла­дут в калту, т. е. в карман».

Г.Н.Потанин более детально описал этот обычай следующим образом: «…хозяин вырывает клочок шерсти, сует под губы продаваемой скотины, чтобы замочить ее слюной… У киргизов (казахов) подобный обычай на­зывается слекей, обтирать слюну… шерсть со слюной зашивают в гриву коню, если она взята с коня, в гриву барана и т. д.; другие вместо шер­сти довольствуются тем, что оботрут слюну своим кепешем (шапкой). Говорят, что если слюну не обтереть, то скот не будет водиться»; если забудут соблюсти этот обычай, то через день и более догоняют проданную скотину; если купленная скотина заболеет, а хозяин, продавший ее, не отер слюны хоть через пять дней, человек, который купил ее, может по обычаю возвратить ее старому хозяину и сказать: «Ты не отер ее слюны; она заболела, возьми ее назад». И тот должен взять ее обратно. Собирая этнографические материалы по религиозным воззрениям, Диваев определяет в жизни казахского народа следующие признаки некогда существовавшего «язычества»: Когда молодая сноха в первый раз вступает в дом свекра, бросают в огонь очага кусочки бараньего сала; Весною, когда киргизы из зимовок впервые вступают на летовки, навьюченные скарбом верблюды проводятся между двумя пылающими кострами, специально для того разведенными; За бесплодие не отсылают жену к отцу, а посылают ее ночевать к святым местам и жечь там свечу или затапливать огонь; Отагасы … т.е. «хозяин огня», а также — «один дым»; В продолжение 40 дней зажигали по 40 «ширак» сальных фи­тилей по покойному, умершему. Все это, несомненно, подтвержда­ет,- указывает Диваев, — существование в древности культа поклоне­нию огню казахов домусульманского периода. В вопросе определения остатков домусульманских религиозных воззрений у Диваева много общего с Ч. Ч. Валихановым, Так, в своей работе «Следы шаманства у киргизов» Валиханов среди признаков шаманства определяет культ огня и связанные с этим различные ритуалы (поклонение, очищение огнем, роль в свадебном ритуале, изготовление светильников (чира-ков) по умершему и т. д.). О казахских приметах А. А.Диваев пишет так: «Не следует проезжать и проходить перед гуртом и сквозь гурт баранов, ибо там, где они пасутся, присутствует пророк хизр». Далее он отмечает, что среди казахского народа бытует примета (обычай), по которой нельзя принимать пищу ранее, чем отведает хозяин, Ди­ваев замечает в этой примете отзвуки исторического прошлого. Изучая работу В, П. Наливкина «Краткая история кокандского ханства» и ис­пользуя сведения информатора, ученый предполагает, что исторические условия во время кокандского владычества выработали у казахов эту примету. Автор приводит случай, описанный его информаторами, по которому казахский батыр Игибай, защищавший интересы народа в период владычества кокандских беков в Перовском уезде, был отравлен Яккубеком. Боясь повторения таких случаев, казахи стали опасаться есть или пить первыми в чужом доме. Таким образом, приметы и поверья, которые издавна бытуют в исто­рии казахского народа, являются характерным отражением многовековых традиций и опыта людей, их морали, нравственности и определенных за­поведей, оставленных предками подрастающим поколениям. Этой пробле­ме посвящены работы профессора, доктора педагогических наук С. К. Калиева известного писателя, журналиста, этнографа С. Кенжеахметулы, доцента А. Куралулы, Ж. М. Саурыковой Б своих работах они отмечают, что тематика казахских поверий и примет разнообразна — это жизненные советы и обереги для людей, предостережения в быту, на охоте, забота о скоте и хозяйстве, ритуальные поверья, суеверные и реалистичные преда­ния, предвестия радостных или плохих событий. По мнению этих ученых, основное назначение казахских народных примет и поверий — это предо­стеречь, оградить, особенно молодых и неопытных от бед и жизненных трудностей, воспитать их в духе гуманистических традиций человечества, уважения к старшим и к исконным народным заповедям. Далее даются отрывки из их работ, переведенные на русский язык. У казахов колыбель младенца не принято продавать, отдавать незна­комым людям или выбрасывать. Ей специально и отдельно отводили свя­щенную роль в продолжении рода. Ее старались сохранить и передавали из поколения в поколение. При вхождении в семейство новоявленной невестки, для хорошего поверья, считалось допустимым брать у семей своих многодетных родственников колыбель, которую на некоторое время выставляли на почетное место (тор). Хранят колыбель непременно в за­вернутом виде, лишь время от времени проделывая «обряд огнем» («для изгнания из колыбели нечистой силы»), путем окуривания. Колыбель для младенца принято накрывать семью вещами (чапаном; верхней одеждой, сшитой из шкуры животного; шубой; уздечкой; камчой (кнутом); специальным колыбельным одеялом и накидкой). Вторая и пятая из данных вещей, по поверью, способствуют становле­нию характера ребенка, как храброго и самоотверженного защитника Отечества. Считается дурной приметой качать пустую колыбель младенца. Раска­чивая пустую колыбель, человек как бы говорит окружающим, что у него нет потомства или, что он остался без продолжателей рода. Следует активно бороться с токсикозом у беременной женщины, ина­че, по поверью, родившийся у нее ребенок будет слюнявым. А вот как раньше повивальные бабки принимали роды: родившемуся младенцу пуповину обрубали новым, еще не использованным топором (соответственно продезинфицированным), затем обвязывали пуповину чистой нитью и завершали хирургическую процедуру присыпкой из золы вокруг пуповины. Ритуальный топор в дальнейшем не разрешалось ис­пользовать в быту, его хранили в завернутом виде, в укромном, недо­ступном для детей месте. Оставшийся обрубленный кусочек пуповины мальчика, по поверью, забрасывали далеко от дома, а девочки — наобо­рот, закапывали около домашнего очага. Это означало, что мальчик не вырастет домоседом, а девочка — ветреной (будет хорошей женой и до­мохозяйкой). Только что родившегося младенца до того, как оп коснется материн­ской груди, обычно прикладывали на короткое время к чистой, продезин­фицированной шерсти убитого волка, который у казахов приравнивался к священным животным. Предполагалось, что в результате такого обряда ребенку передавались сила и выносливость волка. По давнему поверью, рекомендуется сорок дней не выносить ночью из дома новорожденного — необходимо оберегать его от лунного света. Перед отходом младенца ко сну, казахи «изгоняли нечистую силу из колыбели и помещения, где спит ребенок». При этом жгли лекарственную траву гармалу, заполняли дымом юрту, а потом проветривали помеще­ние. Укладывая ночью младенца спать, следует проследить, чтобы свет от луны не падал на его лицо — иначе он может захворать. До определенного срока белье младенцев не рекомендуется развешивать на улице, чтобы злые люди не сглазили ребенка. Пока у новорожденного не отпадет пуповинный остаток, не принято выносить из дома золу (если топят печь), дабы не ухудшилось его здо­ровье. У казахов принято справлять мальчикам исполнение сорока дней со дня их рождений (обычно в период: 37 — 39 дней), а девочкам чуть позже этого срока на — 42 — 44-й день. По поверью считается, что в будущем, в период их вступления в брак, парню придется платить не совсем обре­менительный для него калым (выкуп) за свою невесту, а девушке — выдадут богатое приданое. Чтобы младенец как можно скорее стал прямо держать головку, проделывали следующий обряд: брали целиком шейную кость барана, которого забили на шильдехану (пиршество в честь ново­рожденного), отваривали ее, очищали от мяса, затем через хрящевые отверстия шейных позвонков этой кости пропускали палочку. С целью ускорить становление младенца на ноги, проводят такой обряд; ребенку несильно обвязывают ножки, и кто-нибудь из взрослых разрезает ему своеобразные веревочные путы. Затем обычно устраивают той. Если подрастающий младенец в положенный срок не начинает гово­рить, его родственники по материнской линии режут у себя дома овцу или барана, внутренностями которого (в частности, кишками) опоясыва­ют ребенка. После подобной процедуры, через некоторые время, ребенок начинал говорить.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.