Просмотров: 1 294

Что означает Аруах

Аруах — в основе любой демонологии лежит вера в бессмертие души. Представление о телесности души постепенно освобождается от предметного содержания, от отягощающей ее чувственности, и на этой базе возникает своеобразный демонологический дуа­лизм. Душа наделяется способностью самостоятельной жизне­деятельности. Таким образом формируется учение о духах. Душа от духа отличается тем, что душа живого человека по­нимается обычно слабым, пассивным и боязливым существом, тогда как дух умершего — существо сильное, активное, когда надо агрессивное. Как же происходит из беспомощной и уязвимой души могу­чий и опасный дух? Этот методологический ключевой вопрос получает исчерпы­вающий ответ в фундаментальных работах историка и теорети­ка религии А. С. Токарева. Идея духа умершего связана своим происхождением не с верой в душу живого человека, а с ком­плексом обрядов, составляющих погребальный ритуал; раз­витие и усложнение погребальной обрядности привело к по­степенной дистилляции и спиршуализации представления об умершем, вначале вполне материальном. На развитие учения о духе как о мнимом, воображаемом, но самостоятельном объ­екте, оказал воздействие комплекс явлений общественной жиз­ни — социальная дифференциация и вырастающий на ее основе культ выдающихся лиц, вождей и старейшин. Вполне челове­ческие качества души с момента якобы оставления ее тела пре­вращаются в свойства, присущие демонам и джинам. Вера в демонов и джинов существует в Азии с доисториче­ских времен. Человекообразные существа на петроглифах Тамгалы вблизи Алматы можно принять за шаманов, взывающих к духам. Мудрецы античных скотоводческих племен Евразии Анахарсис (традиция причисляет его к семи мудрецам), Ток-сарис и другие, согласно сочинениям древних писателей, яв­лялись гадателями, предсказателями, колдунами, обладающи­ми особыми духами, т. е. шаманами. Исследователи относят к VI в. каменное изваяние шамана с бубном на спине, найденное в Центральном Казахстане. Шаманизм и его культ был широко распространен в Казахстане во время путешествий Плано Кар-пини, В. Рубрука и Марко Поло. Их сообщения о том, что в глу­бинных районах Центральной Азии существуют человекопо­добные чудовищные существа (люди с головой собаки — песи-главы; люди, у которых голова совмещена с грудью, или “ит басты, сиыр сиракты” — голова собаки, ноги коровьи и т. п.), похо­жи на вымышленные рассказы информаторов-шаманов о субъ­ектах собственной демонологии. Почти к этому же времени от­носятся показания письменных источников о том, что при дво­ре найманских, керейских и других племен жили волхвы, ко­торые предсказывали исход различных политических событий. Тэб-Тенгри был личным другом и семейным шаманом грозно­го монгольского хана Чингиз-хана. Казахский фольклор считает предком всех шаманов и шаманской профессии вообще вещего Коркута. Шаманы в представлении народа были носителями ду­хов и демонов. Демонологические понятия казахов не свободны от влия­ния ислама, хотя сама исламская демонология и учение о ду­хах казахов в древности питались от общего источника. Им мог­ли стать древнейшие анимистические представления населе ния Азии. Так, еврейско-библейская традиция, отождествляю­щая дух с дыханием, ветром, в свою очередь, восходит к шуме-ровавилонской демонологии, где злые духи — ветер. “Первый дух — могучий ветер, второй — дракон с разинутой пастью, тре­тий — пантера, четвертый — змея?». Субъекты казахской демонологии делятся на два класса: до­брые, созданные из земли (топырактан жаратылган). К ним от­носятся духи-покровители животных, покровитель путников Еайып Ерен Кырык Шштен (дух добра с сорока помощника­ми), Туки Бабай Шашты Эзиз, выступающий в некоторых про­изведениях фольклора, отражающих казахский пандемониум, в роли предводителя 40 невидимых воинов-чильтянов. Духи казахских шаманов (жын, nepi) в основном добрые (жаксы жындар). Однако если их рассердить, если не угодить чем-нибудь, то можно быстро обратить их гнев на себя. В та­ком случае они становятся злыми. Добрые джины ведут по­стоянную борьбу со злыми. Последние созданы из огня (оттан жаратылган), в чем легко просматриваются влияние мусульман­ства. Шаманы своих джинов рассматривают личной собствен­ностью. Они могут передавать их на время друг другу, менять­ся ими. Джины баксы имеют собственные имена. У знаменито­го в прошлом баксы Койлыбая джины носили имена: Кокаман, Надір-пepi с кличкой “Шолак”, (Куцый), Шайлан, а ныне здрав­ствующая шаманка Балбике Жирентай, Кара Бура, Карт Бура (Черный верблюд, Старый верблюд), Кер Жылан (Змея). Койлыбай своего джина Кокамана представлял одноглазым богаты­рем. Злые субъекты казахского пандемониума представляют­ся смешанными: тут и местные албасты, обитающие у воды, в ком исследователи усматривают пережиток культа древнейшей среднеазиатской богини плодородия Анахиты, так и исламский шайтан. Жезтырнак и Мыстан Кемшр (Медные когти и Баба-Яга) стали персонажами фантастических сказок, они постоянно чинят зло, и герои ведут борьбу в основном с ними. Албасты и марту причиняют зло роженицам и младенцам. Образ марту не­известен верующим, так как он, как они полагают, не показыва­ется людям. Другое дело албасты. Этот дух может принять об­лик людей и животных, обитает преимущественно у воды, под­стерегая там женщин. Вот почему казашки ночью боятся ходить за водой. Албасты казахов имеет генетические связи с абаасы якутов, которые являются общим названием злых духов. Одна­ко албасты, по представлениям верующих казахов, специализи­руются исключительно на “материнских” комплексах. Шаманы своих духов рисуют различным образом, предава­ясь вдоволь фантазии и совершенно не боясь разоблачений. Казахское слово “дару” означает воплощение духа-покровителя чего-либо, от него “дарын” — талант. Таким обра­зом, джины якобы могут перевоплотиться в образ любого жи­вотного (лошади, птицы, зайца) и человека (мужчины и женщи­ны). Они вездесущи, но род их деятельности специализирован. Все они представляют фантастический образ самого человека и отражают его разнообразную трудовую деятельность. Разно­образен не только род деятельности духов, различна и семанти­ка имен духов. Тут имена собственные порой сочетаются с на­званиями предметов и кличками животных. Среди них встре­чаются и имена древних божеств, перешедшие в пандемониум шаманства в связи с установлением господства исламской иде­ологии. Об одном из них — албасты — речь уже шла. Языческая богиня плодородия и рожениц Анахита и ее древнетюркская аналогия матерь Умай в чуждой для них идеологической среде трансформируются из помощниц женщин в духов, мешающих при родах, причиняющих зло младенцам. Для выяснения генезиса представлений о духах показатель­на терминология сарынов — текстов камланий казахских баксы. Во время полевого сезона 1982 г. нам удалось записать сарын потомственного шамана, прозванного в народе Бала-баксы, жи­теля с. Кара-Откел Самарского района Восточно-Казахстанской области. Он изображает своего джина, якобы унаследованно­го им от отца, в виде песиглава (голова волка, туловище челове­ка) под кличкой Кок-Барак (кок — синоним неба, барак — поро­да собак). Не отказывайся! Коли пикой по 62 кровеносным сосудам! Смотри как плачет! Смотри на слезы! Унеси болезнь с собой! Клянись, что вылечишь больного! Текст отражает типичное ттаманистское отношение к дей­ствительности. Все вещи одушевлены. Небесная собака — Кок Барак (Синий Барак) имеет антропоморфные черты. В нем сме­шаны многие культы и верования, в том числе чисто библей­ские. Например, упоминание о кузнечных реалиях говорит о культе пророка Давида, которого казахи, не без влияния исла­ма, считали покровителем кузнецов. Олицетворение професси­онального инструмента казахских шаманов — кобыза встречает­ся и в других текстах камланий. Например, упомянутый шаман XIX в. Койлыбай обладал сверхъестественным кобызом. Его ко­быз участвовал в бегах (байга) лошадей и завоевал якобы пер­вый приз. Туки Бабай Шашты Эзиз является также типичным персонажем казахских шаманов. Туки Бабай (Волосатый Дед) в тексте изображен как воин, восседавший на синем ишаке в полном боевом вооружении, в кольчуге, в руке у него двуконеч-ная пика, на голом теле пояс с саблей. Намекается на наличие и других оружий (сайман). Сверхъестественная сила под име­нем Бабай, кроме текстов камлания, встречается в пантеоне ски­фов в форме Папай как верховное божество. Бабай, несомнен­но, тюркского происхождения, означает персонифицированного предка. У бурят существует культ великого шамана Гутайн Ба-бая — хозяина местности, который считается пришельцем. Таким образом, казахские баксы, изображая своих джинов то воинами, то волками, то тучей и другими стихиями, свободно пользуются как элементами древних, так и существующих религиозных систем, совершенно не обращая внимания на от­сутствие идейнорелигиозного содержания текста камланий. Все это лишний раз подчеркивает наличие художественнодекоративного и игрового аспектов причитаний, рассчитанных на эмо­ции и чувства слушателей. Текст сочинен таким образом, чтобы скрыть эклектизм и создать у слушателя иллюзию общения ша­мана с духами. “Джин” и по своей семантике отличается от слова “жан”. “Жан” означает быть произведенным, созданным, рожденным, а “джин” — знание, ум, мудрость, дух, мудрец, многомудрый, нежный, кроткий, добрый. Санскритское слово “джин” по сво­ему значению очень близко к латинскому “гений”, которое в санскрите означает нечто, связанное с духовным. Джин, гений, тенгри, онгоны по значению очень близки. В древнеткюркское время “жан” применялся в значении “душа”, “дух”, “жизнь»; В доисламской Аравии также было широко распростране­но представление о джинах и духах. Коран свидетельствует, что арабы-многобожники поклонялись джинам (во множественном числе — аджина) и шайтанам. Вместе с исламом эти демоно логические категории арабов проникают в Казахстан. Главный враг Аллаха — это джин. Джины — эта “стихийные духи при­роды”, “созданные из огня-. Но Коран сам часто смешивает в одно джинов, которые представляются самостоятельными су­ществами, с духами мертвых предков аруахами. В демонологи­ческой традиции казахов джины и аруахи — существа различно­го порядка. Культ умерших предков как часть патриархальнородовой иде­ологии был отражением процесса разложения первобытнооб­щинного строя, устоявшейся гегемонии отца в обществе арабов-бедуинов. Языческое сознание не могло способствовать соци­альному объединению и обеспечению морально-политического единства арабских кочевников. Политическая консолидация Аравии, сопровождавшаяся распространением новой религии, привела к нигилистическому отношению к определенным цен­ностям ради объединения разрозненных арабских племен под эгидой единой надплеменной идеологии. Политеизм же по­рождал трайбалистическую исключительность, С установлени­ем идей ислама положение в обществе начинает определяться заслугами перед учением Мухаммеда, а не происхождением и племенно-культовыми ориентациями. Старому идеалу племен­ной верности и доблести ислам противопоставлял новый идеал ревностного служения догматам мусульманства. В период пер­воначального формирования ислам не мог игнорировать тради­ционное идейное наследие кочевых арабов. На базе этого на­следия и выросла идеология ислама, составной частью которой является и демонология мусульманства. Поэтому племенные культы умерших предков доисламской Аравии были включены в пандемониум, отраженный Кораном.

Верующий казах никогда не путает духов своих предков с другими духами. Аруахи, по представлениям верующих каза­хов, — это нечто отличительное от джинов и демонов. Аруахи -это лишь духи умерших предков. Они покровительствуют чле нам своего рода, но только при условии почитания его. Следова­тельно, они могут быть вполне добрыми, если почитание соот­ветствует его чести. Они — злы и мстительны, если о них забы­ли. В казахской демонологии роль аруахов исключительна. Они почитались наравне с богом. Наша полевая запись отражает эту особенность: палван меркитов племени керей по имени Боран-бай вступил в борьбу с палваном ак-найманов племени найман Хамзой. Перед началом состязания Хамза поклонился племен­ному духу предков Кабанбаю. Гордый керейский борец, уви­дев это, заметил самонадеянно: “Не надейся на своего Кабан-бая! Надейся лучше на свою силу!” В этом поединке он прои­грал бой. Участники были едины в мнении о том, что корейско­го борца покарал озлобленный дух Кабанбая.

Особое отношение к аруахам по сравнению с другими духа­ми проявляется в том, что шаманов казахи хоронили отдельно, вне родового кладбища. Однако общие черты, которыми казахи наделяли духов, присущи и аруахам. Так, к последним относит­ся представление о парциальности и множественности. Оно от­ражается в понятии “аруахтар”. Например, в формуле поклоне­ния и помощи: “Ата-баба аруахтары! Жебей кор!” — духи пред­ков, поддержите! — понятие использовано в форме множествен­ного числа. Аруах — слово арабского происхождения, находится во множественном числе. Оно означает “дыхание”, произведено от единственного числа “рух” — дух, душа, призраки, жизнь, эс­сенция. Таким образом, казахи к слову, носящему множествен­ное значение, дополнительно прибавляют окончание множе­ственности тюркских языков и произносят аруах + тар = ару­ахтар. Г. П. Снесарев это явление отмечает среди узбеков Хо­резма. В представлении казахов аруахи иногда сильнее бога, они не смешиваются с другими персонажами демонологии, их призывают в трудные минуты жизни. Аруахи ассоциированы с именами предков, которые зафиксированы в родовых уранах. Согласно Корану, покойник совершенно бессилен оказывать какое-либо влияние на живых.

Таким образом, вера в самостоятельно существующих духов и джинов имела место среди культово-религиозных комплек­сов доисламского периода истории Казахстана и в ней просма­триваются два независимых источника. Один из них, несомнен­но, связан с шаманской демонологией, а другой — с погребаль­ным культом. Представление о сверхъестественных существах, то добрых, то злых, населяющих небо и землю, было связано главным образом с олицетворением явлений природы и абсолю­тизацией свойств самого человека, дуалистической интерпрета­цией категорий диалектики и восходит к местным формам ани­мизма. Мировоззренческой основой этих представлений слу­жат различные формы философского идеализма. Впрочем, иде­ализм служит базой демонологии любой религии. Несовместимость демонологических представлений казахов с демонологией официального ислама проявляется особо в по­гребальных обрядах казахов. Однако есть и много общих черт, объединяющих пандемониум казахов и ислама.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.